Журналист как информационный воин

Лесняк Алёна

В трех курсовых работах (на втором, третьем и четвертом курсах) я занималась изучением и анализом темы глобального информационного противоборства. Сейчас пишу диплом, который послужит логическим завершением моих размышлений по данному вопросу. Эта тема, естественно, очень обширная. Но, когда разбиваешь ее на детали и последовательно решаешь за вопросом вопрос, проблема проясняется, обнаруживаются свои предпосылки и причинно-следственные связи.

Одной из самых важных задач моего исследования было разрешение вопроса о том, должен ли являться наш отечественный журналист информационным воином, защищающим интересы своей страны в условиях передела сфер влияния в мире и на этой основе - продолжающейся информационной войны между Россией и Западом, прежде всего, Соединенными Штатами?

Я пришла к выводу, что – да, должен. Этому нас «учат» западные коллеги, которые даже агрессивные, корыстолюбивые действия своих правительств оправдывают, прикрываясь завесами то якобы гуманистического характера, как это было в Югославии, то необходимостью уничтожения якобы имеющегося оружия массового уничтожения и демократизации правящего режима, как это было в Ираке… А в наши дни они оправдывают по существу агрессию своих правительств в Ливии, хотя мандат Совета безопасности ООН никому не давал права вставать на сторону повстанцев во внутреннем гражданском конфликте этой страны.

Нет, я не призываю по примеру западных коллег осуществлять так называемое информационное обеспечение (прикрытие) любых дел своих правительств на международной или внутренней аренах, но если эти действия отвечают национальным интересам и не затрагивают интересов народов других стран, то почему мы не должны их поддерживать!

Изначально я считала, что, например, американские СМИ гораздо серьезнее относятся к формированию «повестки дня» в своих целях, тогда как наши представители масс-медиа эту задачу почти не осознают (а многие патриотические действия совершают просто подсознательно (что, в принципе, тоже неплохо). Но лучше, когда действия реально осознаны, тогда их можно просчитать и гарантировать их эффективность.

Размышляя на эту тему, я взялась изучать американские и российские источники.

И вот, что я хотела бы выделить из своих наблюдений и предложить для размышления:

В России разработками гуманитарной информационной безопасности, в основном, занимались или занимаются единицы теоретиков (Почепцов, Панарин, Мухин, Матвейчев и некоторые другие – А.Л.). У нас, конечно, есть институт ФСБ, где готовят информационных офицеров, но преимущественно по технической части. Тогда как в Америке созданы целые институты по изучению вопросов информационной безопасности и разработке практических рекомендаций для СМИ, эти рекомендации впоследствии отлично внедряются в реальное дело. Например, разработанная американской корпорацией «РЭНД» программа Strategic Information Warfare («Стратегическое Информационное Противоборство») [Дзюба Г. Что нужно универсальному медиасолдату // Журналист. № 4, 2010, 12-14 с.], целью которой является реальная «промывка мозгов» аудитории, действует весьма эффективно. Вот несколько ее пунктов:

- создание внутри страны-противницы атмосферы бездуховности и безнравственности;
- создание политической напряженности и хаоса внутри страны;
- провоцирование разногласий между политическими партиями;
- разжигание гражданской войны на почве социальных волнений, столкновении национальных интересов и проч.;
- дезинформация населения о работе госорганов;
- подрыв международного авторитета государства.
- В Америке Министерством обороны с 1861 издается газета «Stars and Stripes» (российский аналог – газета «Красная Звезда») Главной функцией этого издания является утверждение национальной идеи государства. В процессе выполнения этой задачи издание успешно формирует в сознании читателей определенный взгляд на глобальную политику и конкретные поведенческие установки:

«Русское военное вторжение в Грузию демонстрирует решимость Кремля взять под контроль «ближнее зарубежье»… «Мы не пытаемся распространять свое влияние, например, в Канаде в той степени, в какой Россия стремится завладеть такими территориями, как Грузия» (SandS: 13.08.08).

«Как Россия может обвинять США, указывая им на вторжение в Ирак, когда она сама завязала войну с Грузией» (SandS: 13.08.08).

«Грузин из Южной Осетии Гиви Размадзе говорит, что не вернется домой до тех пор, пока русские не снимут окружение: «Мы не боимся югоосетинцев. Боимся русских. Я думаю, их давление будет еще долго продолжаться» (SandS: 25.08.08).

Что касается американских газет для широкой общественности, стоит отметить их острую тенденциозность, особенно в период обострения информационного противоборства, несмотря на то, что американцы проповедуют принципы «журналистики факта» и осуждают российскую манеру журналистов высказывать свои мнения:

«В прошедшие выходные мы увидели реальный и гадкий факт, ставший олицетворением всего того, что доселе существовало главным образом в категории спекуляций и разговоров о современной России. Многие с самого начала подозревали, что Владимир Путин никогда и не собирался после восьми лет, проведенных в Кремле, выпускать власть из рук только потому, что есть какая-то там конституция. Так оно и вышло - судя по всему, вторжением России в соседнюю Грузию руководит как раз бывший президент, а ныне премьер-министр.

…В более долгосрочном плане Западу придется решить, продолжать ли попытки умиротворения и задабривания Путина, как если бы перед нами был непослушный ребенок, которого можно подкупить конфетами и похвалами - или открыть глаза и увидеть, какой геополитический вызов бросает нам его режим» (Washington Post: 11.08.08).

«Чем дальше углубляются на территорию Грузию российские танки, тем очевиднее для мира наполеоновские амбиции Владимира Путина. Упрочив свою авторитарную власть в новом качестве - премьер-министра при подставном президенте, г-н Путин начал восстанавливать российское господство в Евразии. Теперь он нацеливается на Украину, и если ему позволят продолжать в том же духе, под угрозой могут оказаться даже страны Балтии. Поэтому уже в Грузии Запад должен положить этому предел» (Wall Street Journal: 12.08.08).

«Вот и сегодня владимиры путины, ху цзиньтао и махмуды ахмадинежады - не говоря уж об их “младших братьях” из Судана, Зимбабве, Бирмы и Северной Кореи - вряд ли обратят на “моральное влияние” больше внимания, чем советские лидеры в 1924 году. Крики невооруженной справедливости не трогают диктаторов; дипломатия, за которой не стоит угроза применения силы, не действует на диктаторов» (New York Times: 11.08.08).

Американские редакции СМИ более организованы для работы в экстремальных условиях. В трудовых контрактах ведущих американских изданий обязательно оговариваются все условия работы журналистов в горячих точках. Президент Российской Ассоциации военной прессы Геннадий Дзюба не раз в своих статьях обращал внимание на реальную заботу редакций США о том, чтобы в зону военного конфликта их сотрудники выезжали полностью подготовленными. Между тем российские представители СМИ обычно предоставлены сами себе (неправильная экипировка, незнание техники безопасности и первой медпомощи, плохая работа военных пресс-центров) [Чемякин Ю. Международное гуманитарное право и СМИ: конспект лекций / Уральский государственный университет им. А.М. Горького. Факультет журналистики. – Екатеринбург, 2005, 164 с. ].

На основе этого можно вывести, что американский журналист, действительно, рассматривает себя, как настоящего «информационного воина», и, собственно, он им и является. Что, как правило, не скажешь о российском журналисте. Иногда российские СМИ, напротив, работают на стороне своих идеологических противников, превращаясь в «информационных предателей» своей страны (это называется «пятой колонной» врага на своей территории) [Гриняев С. Информационное противоборство в современную эпоху [Электронный ресурс]. Приведу примеры сообщений, где явно прослеживается проамериканская направленность [Гриняев С. Как из русских лепили исчадие ада // Сегодня.Ру. – [Электронный ресурс]:

«…российские солдаты устроили рынок в Абхазии, где продают одежду и электронику, награбленную во время военного наступления на западные регионы Грузии» (gzt.ru: 13.08.08).

«Согласно сообщениям СМИ и постам в интернет-дневниках, сбор благотворительной помощи для пострадавших жителей Южной Осетии в ряде российских регионов приобретает черты административной принудиловки. Доходит до того, что людям, которые отказываются перечислять средства на счет помощи «жертвам нападения Грузии», грозят лишением премий или однодневного заработка, сообщает «Новый регион». При этом многие опасаются, что уже собранная гуманитарная помощь будет разворована и не дойдет до Южной Осетии» (news.ru: 25.08.08).

Вопросом остается – сознательно ли российские СМИ (иногда) выполняют функции «пятой колонны»?

В начале статьи говорилось о том, что проблема журналистского участия в информационном противоборстве стран на мировой арене, где идет активный передел сфер экономического, политического и военного влияния, весьма широка и очень сложна. Главное, однако, заключается в осознании российским журналистом необходимости быть защитником национальных интересов, когда они не противоречат национальным интересам других стран. Это тем более необходимо в условиях, когда многие наши коллеги за рубежом проводят политику своих правительств, являющуюся заведомо ущербной для других народов и для блага мира.