Текст для телевидения и телевизионный текст

Афонина А.В.

Тема  гораздо сложнее и интереснее, чем кажется на первый взгляд. Собственно как и все, касающееся телевидения. О каких текстах мы будем говорить? Они разные для разных жанров. Они разные для разных героев. Они разные – мы говорим авторские – для разных журналистов. Наконец, они разные в кадре и за кадром. Но мне кажется, начать придется с того, чтобы определить для себя, что  есть телевидение?  Это журналистика? Это искусство? Это шоу? Наверное, правда и то, и другое, и третье. Но тогда нам придется говорить о текстах,  исходя из этой классификации.
 

Начнем с журналистики, имея в виду прежде всего литературный труд. Здесь можно было бы исходить из простого определения ТЕКСТА как СЛОВА, произнесенного или прочитанного. Какие виды текстов я бы в этом случае выделила?

• закадровый информационный текст событийного репортажа или сюжета в новостях;
• текст выступления в кадре;
• дикторский текст в новостях;
• текст (язык) дискуссий, импровизационный;
• текст журналистского стендапа;
• дикторский текст документального фильма.

Между всеми этими видами текстов есть одно общее, которое связано со спецификой телевидения. Известный французский социолог Пьер Бурдье, согласившись читать лекции о телевидении в форме телевизионного выступления, сразу оговаривается, что ему «нужно было заставить себя выражаться понятным всем языком». Поэтому во многих случаях он вынужден был «прибегать к неточностям и упрощениям». «Телевидение – это инструмент, позволяющий теоретически затронуть всех, – пишет он далее в своей работе «О телевидении и журналистике» – Отсюда вытекает целый ряд предварительных вопросов: что из того, что я хочу сказать, может касаться всех? Готов ли я придать своей речи форму, доступную всем? Стоит ли она того, чтобы быть услышанной всеми?».  

Главная мысль здесь: телевизионный журналист должен говорить просто, речь (и текст) его должна быть близка к разговорной, однако одновременно правильной. Распространен миф о том, что, работая на телевидении, журналист разучивается писать, что тексты разных журналистов очень похожи, в них целый набор штампов и стандартов. Однако это сущая неправда. Умение писать, а потом это донести доступно, понятно, не прибегая к литературным излишествам, кратко, умея выделить главное, представляя хорошо того, для кого пишешь, требует настоящего мастерства. И это доказывают профессионалы и талантливые тележурналисты, такие как Парфенов, Пивоваров, Лошак и многие другие репортеры и ведущие, чей образный и меткий язык можно использовать как афоризмы. Это общее требование к слову на телевидении.
 

Обратимся еще раз к Бурдье и его опыту, казалось бы, в самой простой телевизионной форме – выступлении в кадре. «Социологи попытались выделить имплицитную, невербальную составляющую вербальной коммуникации: мы столько же говорим с помощью взглядов, молчания, жестов, мимики, движения глаз, сколько собственно словами». И это всего лишь в том случае, если перед нами на экране «говорящая голова».
Но вернемся к специфике телевидения. И к понятию ТЕКСТ  в более широком смысле этого слова. Текст для телеэкрана и телевизионный текст – не одно и то же. Телевидение – это видео + слово + шумы + музыка – и все это органично связано в один сюжет. Или передачу. Или документальный фильм. Зададимся еще вопросами: а ТВ-жанр – это текст? А содержание дискуссии? А «без комментариев»? А видовая зарисовка на музыке, без единого слова?… Вопросов  на эту тему много. И потому стоит прибегнуть к еще одному, более сложному понятию текста. В свое время Юрий Лотман дал такое определение тексту – «Текст – графически зафиксированное художественное целое».
 

Как может выстраиваться телевизионная картинка, эта самая главная составляющая телевизионного текста? Детали, крупные планы, визуальные образы – как мы их читаем, воспринимаем? Как вообще читается телевизионный текст?  Маршалл Маклюэн в «Галактике Гутенберга», написанной еще в 60-е годы, открыл, что на смену линейному стилю мышления, утвердившемуся после изобретения печати, пришло более глобальное восприятие и понимание благодаря ТВ. Мысль эту продолжил Умберто Эко, утверждая, что визуальная коммуникация берет верх над письменной, но проблема не в их противопоставлении, а в их усовершенствовании.
 

Литература
 

1. Ю.М.Лотман и тартуско-московская семиотическая школа. М., ГНОЗИС,1994
2. Маршалл Мак-Люэн.  Галактика Гутенберга. Киев, 2003.
3. Пьер Бурдье. О телевидении и журналистике. М., 2002.