Мясникова М.А.
Качественный телепродукт – это по сути то, что приобретает «статус классики» и способно «оставаться в памяти поколений», ибо при его посредстве «страна говорит сама с собой и о самой себе, своей истории и будущем» [1, c. 5]. Как пишет Инна Кушнарева, «такое телевидение основано на обязательном разнообразии: разные продукты, апеллирующие к разным группам зрителей, большим или меньшим, идущие в разное время дня. В таком определении оно близко подходит к традиционному кредо ВВС: “Другие могут информировать некоторых все время или всех некоторое время, но только мы можем информировать всех и все время”» [1, c. 5]. Причем, речь идет не о потреблении всеми одного и того же, а именно о возможности выбора для всех.
Концепция «качественного телевидения» радикально расходится с идей телевидения массового, до сих пор широко у нас распространенного. Сегодня на Западе появился новый, суверенный потребитель, «не допускающий снисходительно-указующего отношения к себе», делающий самостоятельный выбор относительно того, что ему смотреть, как жить и с кем себя идентифицировать. Отсюда иной становится и задача телевидения. Оно просто обязано обеспечивать «разнообразие выбора». В результате прежние стандартные подходы к производству передач и их программированию перестают работать в рамках качественного телевидения, уходит в прошлое «поточный», конвейерный метод создания контента. Продукт становится единичным, штучным. Между прочим, подобные мысли высказывают сегодня и российские телекритики: «Может быть, пора уже закончить эту бессмысленную игру в рейтинговое ТВ и начать делать хорошее? Всем ведь будет лучше. И в первую очередь самим телевизионщикам» [2], – размышляет на страницах «Литературной газеты» В. Попов.
Но будет ли телевизионщикам лучше? Это еще вопрос. Главные претензии, которые предъявляет сегодня нашему отечественному телевидению общество, это политическая ангажированность; избыточная развлекательность; мифологизм создаваемой картины мира; недостоверность сообщаемых новостей; катастрофизм и, соответственно, нарушение нравственных норм, а главное, ярко выраженный рыночный дух. Если говорить о функциональных доминантах, то современное российское телевидение сегодня явно превратилось, с одной стороны, в пропагандистский инструмент нового политического влияния; с другой, в средство чистого развлечения; с третьей, в адаптивно-моделирующий механизм с программно-зомбирующими наклонностями; и с четвертой, в гигантское коммерческое предприятие. Производство большинства программных телепродуктов вдохновляется потребительскими факторами и коммерческими интересами владельцев СМИ, хотя последние, как правило, ссылаются именно на потребности зрителя. Однако на самом деле, именно медийщики создают спрос и придумывают продукт, способный стать предметом спроса. Они формируют контент и связанные с ним функции телевидения, которые, якобы, выводятся из потребностей аудитории. В действительности же это делается именно в их (медийщиков) понимании. Между тем, существующая сегодня в России эфирная ситуация (связанная с депрессивными новостями, обилием криминальных и низкопробных развлекательных программ) вряд ли может удовлетворить общество в той степени, в какой она устраивает самих создателей телепродуктов. Подчеркнем: для общества насущно необходимо, чтобы функции телевидения выводились, прежде всего, из социальных интересов и нужд, а не из потребностей частных лиц.
Не случайно, в условиях оживления политической жизни, спустя полтора десятилетия после создания ОРТ, так и не выполнившего своих изначальных функций, а затем тихо сменившего название на «Первый», в России вновь возникли планы создания общественного телевидения. Сегодня эти планы обсуждаются весьма активно, написан проект закона об общественном телевидении, идут дискуссии в СМИ, созданы специальные комиссии. Автору данных строк довелось услышать об этих планах непосредственно их уст участников упомянутых комиссий – Д.Дондурея, А.Лысенко, А.Качкаевой в феврале 2012 года на традиционной научно-практической конференции на факультете журналистики Московского университета. А, кроме того, вместе с двумя другими преподавателями нашего факультета посчастливилось в свое время побывать непосредственно на станции общественного телевидения при университете штата Северная Каролина в г. Чапел-Хилл в США. В настоящий момент Общественное телевидение существует в 49 странах мира. И везде оно характеризуется тремя основополагающими факторами: отсутствием коммерческой рекламы; иными, нежели реклама, источниками финансирования и по-настоящему умным, качественным телеконтентом. Схемы финансирования в каждом отдельном случае разные: где-то, как в Англии, деньги поступают в результате лицензионного сбора с владельцев телевизоров, где-то, как в Канаде – из бюджета. В США финансирование Общественного телевидения складывается из нескольких компонентов – из поступлений от федерального и местного бюджетов, из добровольных пожертвований от частных лиц, из перечислений различных благотворительных организаций и фондов, из сборов во время телемарафонов и из абонентской платы, существующей на добровольной основе.
Конечно, далеко не все из зарубежного опыта применимо у нас. Например, многие эксперты полагают, что в России нет базы, на которой можно было бы осуществить абонентскую плату. Форма проведения у нас телемарафонов, ныне и вовсе исчезнувших, также сильно отличается от тех, что применяются в США. Когда-то на заре перестройки телемарафоны проводились в России довольно часто. Но при этом являли собой странные, пестрые экранные зрелища, состоявшие из разнообразных элементов, включая музыкальные и эстрадные номера, выступления передовиков производства, доярок и ученых, короткие скетчи, репортажи с мест, монологи и диалоги популярных ведущих. Действие перемещалось в пространстве, но был и огромный зал с публикой и сценой, на которой высвечивалось табло с цифрами поступающих денежных средств и гигантской стеклянной чашей, куда просто кидались наличные деньги. Интересно, что после суточного телемарафона, включая бессонную ночь, наутро никто даже не интересовался: «А где деньги?» Похоже, что это было новое, «перестроечное» воплощение столь частой в советские времена «кампанейщины», когда с невероятным энтузиазмом затевалось какое-то важное общественное дело, которое затем тихо угасало, забытое всеми и, прежде всего, самими организаторами. На станциях Общественного телевидения в США телемарафон длится не сутки. Он растянут во времени аж на 4 недели. И каждый день в определенное время происходит выход телемарафона в прямой эфир из специально оборудованной студии.
Программу ведет популярный ведущий. В ней участвуют известные актеры, бизнесмены, политики, которые и сами вносят средства на счета общественного телеканала. В течение 4-х недель в живой эфир вставляется до 500 клипов, рекламирующих конкретную станцию. И все это делается не просто так, а ради формирования высокоинтеллектуального, содержательного, общественно-полезного телеконтента, включающего в себя научно-популярные фильмы, детские образовательные передачи, талантливые сериалы, актуальные политические и информационные программы. Есть у такой станции и свои выпуски новостей, обсуждающие разнообразные финансовые и политические вопросы жизни штата, передающие последние известия. Делаются и собственные глобальные телепроекты, освещающие, к примеру, жизнь и культуру народов мира, включая, между прочим, и Россию. Такое телевидение можно назвать не только качественным, но и «хорошим», так как кроме высокого профессионализма и качества оно характеризуется еще и тем, что непременно остается позитивным.
Главное же состоит в том, что подобная станция Общественного телевидения независима от власти; она контролируется самим социумом в лице специальных советов, состоящих из авторитетных людей данного региона; служит не коммерческим, а общим целям, отвечая высоким идеалам просветительства и общественной пользы.
Литература
1. Кушнарева И. Что угодно, только не ТВ // Искусство кино, 2011, № 11. С.
2. Попов В. Алло, вы скрываете таланты! // Литературная газета, 2012, № 10 URL: http: / www.lgz.ru/article/18539/ (дата обращения: 20.03.2012).
Комментариев нет:
Отправить комментарий